«Линия разлома» — это еженедельная колонка американского политолога Брайана Уитмора специально для Independence Avenue Media. Высказанные мнения принадлежат автору и не обязательно отражают позицию Independence Avenue Media.
Александр Лукашенко предавался ностальгии по советскому прошлому, хвастаясь тем, что в Беларуси до сих пор есть площади, названные в честь лидера большевиков Владимира Ленина, и парки, носящие имя основателя спецслужб Феликса Дзержинского.
Лукашенко также предостерег Армению от сближения с Евросоюзом в ущерб возглавляемому Россией Евразийскому экономическому союзу. «Армении не стоит спешить отказываться от того, что приносит пользу сегодня. Нет нужды покидать этот общий рынок», — заявил Лукашенко на встрече глав правительств стран союза, прошедшей в начале октября в Минске.
Российский вице-премьер Алексей Оверчук поддержал слова Лукашенко в интервью программе «Вести» на российском государственном телевидении.
От всего этого веяло отчаянием.
На самом деле, если судить по итогам состоявшейся в Минске встречи ЕАЭС, мечты Владимира Путина о подчинении и интеграции постсоветского пространства — и превращении его в противовес Евросоюзу и НАТО — терпят крах еще на стадии реализации.
Одним из ключевых элементов стратегии Путина был Евразийский экономический союз, созданный Россией с большой помпой в 2015 году в надежде, что он станет конкурентом Европейскому союзу. Помимо России, в него вошли Армения, Беларусь, Казахстан и Кыргызстан.
Богатый энергоресурсами Азербайджан с самого начала дал понять, что не заинтересован в членстве. А судя по высказываниям Лукашенко и Оверчука, нынешняя приверженность Армении этой организации тоже, мягко говоря, невелика. В мае премьер-министр Армении Никол Пашинян заявил, что Ереван «на данный момент» не планирует выходить из организации.
Однако легко забыть, что первоначальный грандиозный план Путина относительно Евразийского экономического союза предусматривал включение в него не только Азербайджана и Армении, но и — что примечательно с сегодняшней точки зрения — Украины.
Более того, именно давление России на Киев с целью принудить его к вступлению в возглавляемый Москвой Таможенный союз — предшественник Евразийского экономического союза — сыграло свою роль в развитии событий в конце 2013 — начале 2014 года, послужив непосредственной причиной первоначального вторжения России.
Киев планировал подписать Соглашение об ассоциации с Европейским союзом в ноябре 2013 года. Однако Путин оказал давление на пророссийского президента Украины Виктора Януковича, вынудив его отказаться от этой сделки в пользу вступления в возглавляемый Москвой Евразийский экономический союз — объединение, которого на тот момент даже не существовало.
Согласие Януковича выполнить требования Путина спровоцировало массовые протесты в Киеве. А когда Янукович по настоянию Путина открыл против демонстрантов огонь, протесты переросли в события, получившие название «Революция достоинства», в результате чего Янукович был свергнут и вынужден бежать в Россию.
Дальнейшие события хорошо известны. В ответ на потерю союзника в Киеве Путин аннексировал Крым и организовал вторжение на Донбасс в начале 2014 года, а затем, в 2022 году, начал уже и полномасштабное вторжение в Украину.
Все это говорит о том, что Евразийский экономический союз служил — по крайней мере отчасти — инструментом экономического контроля Путина над Украиной. Когда этот план провалился, он прибег к военной силе.
Прошедшее десятилетие показало, что попытки Путина вернуть Москве постсоветское пространство с помощью международных организаций, в которых доминирует Россия, терпят неудачу.
Как отмечает Катарина Волчук из аналитического центра Chatham House, Евразийский экономический союз — это «не евразийская версия ЕС»; его деятельность «не регулируется сильными общими институтами, способными разрабатывать и обеспечивать соблюдение свода единых правил». Более того, добавляет она, Россия не обеспечивает либерализацию региональной торговли со своими партнерами по союзу. Волчук указывает, что более 80% торгового оборота организации приходится на внешних партнеров, а не на торговлю между государствами-членами. Для сравнения: у ЕС на внешних партнеров приходится лишь треть торгового оборота.
По ее словам, Евразийский экономический союз — это не более чем «инструмент для восстановления утраченного Россией влияния в регионе после распада СССР, а не средство достижения глубокой экономической интеграции с более мелкими государствами».
Но даже с этой точки зрения союз не оправдывает ожиданий. Дело не только в Украине и Армении: интерес Казахстана к этой организации также с самого начала был весьма сдержанным.
Провалился и другой путинский проект по интеграции постсоветского пространства — Организация Договора о коллективной безопасности (ОДКБ), созданная в 2002 году как потенциальный конкурент НАТО. Помимо России, в нее входят Армения, Беларусь, Казахстан, Кыргызстан и Таджикистан. Однако неспособность организации оказать помощь Армении в конфликте с Азербайджаном в 2020 и 2023 годах побудила Ереван приостановить свое членство в ней.
ОДКБ не смогла даже предотвратить вооруженный конфликт между двумя своими членами — Кыргызстаном и Таджикистаном. Столкновения на границе между этими странами произошли в апреле 2021 года — причем в тот самый момент, когда министры обороны обоих государств находились в Душанбе на заседании Совета министров обороны ОДКБ.
Не так давно режим Путина лелеял грандиозные мечты о возвращении в лоно Москвы постсоветского пространства с помощью мощных международных организаций, способных составить конкуренцию ЕС и НАТО. Сегодня же эти мечты свелись к тому, что белорусский диктатор нудно рассуждает о площади Ленина и парке Дзержинского — и практически умоляет Армению не выходить из организации.
