НАТО углубляет партнерские отношения с Арменией и Азербайджаном, сохраняя при этом давнее сотрудничество с Грузией, что дает представление о том, как альянс адаптируется к резко меняющейся динамике безопасности на Южном Кавказе на фоне войны России в Украине. НАТО работает со всеми тремя странами над укреплением их обороноспособности, с долгосрочной целью развития более тесного сотрудничества, включая возможность совместных тренингов, которые могли бы потенциально проводится на территории Грузии.
В этом интервью Independence Avenue Media Пьер Казале, директор по сотрудничеству в области обороны и безопасности оперативного отдела НАТО, рассказывает о том, как альянс работает с Арменией, Азербайджаном, Грузией и Молдовой над укреплением их оборонных ресурсов без того, чтобы настаивать на тесной политической координации. Он также рассказывает о подходе НАТО к сотрудничеству с партнерами альянса, влияние вторжения России на Украину на стратегию НАТО и почему стабильность на Кавказе и в Черноморском регионе в целом важна для евроатлантической безопасности.
Это интервью, записанное 3 февраля, было отредактировано и сокращено для большей ясности.
Ия Меурмишвили, главный редактор Independence Avenue Media: Давайте начнем с Кавказа — Армении и Азербайджана. Заместитель генерального секретаря НАТО побывал в регионе всего пару месяцев назад, и, похоже, в НАТО наблюдается некий новый импульс в отношении этих двух стран. Какие программы или методы использует НАТО, чтобы помочь этим странам повысить свою обороноспособность и наладить общее партнерство с НАТО?
Пьер Казале, директор по сотрудничеству в области обороны и безопасности оперативного отдела НАТО: Исторически Кавказ был регионом, представляющим большой интерес для НАТО. В этом регионе есть и другие страны. Например, Турция, которая находится прямо по соседству. И три кавказские страны — Грузия, Армения и Азербайджан — поддерживают прочные отношения с различными странами НАТО. Таким образом, НАТО всегда интересовался этим регионом и всегда стремился сотрудничать с этими государствами.
Что касается Армении и Азербайджана, как вы упомянули, заместитель генерального секретаря Радмила Шекеринска недавно посетила этот регион. Она побывала в обеих странах. Я думаю, это свидетельствует о важности, которую мы придаем отношениям с этими двумя странами, а также с Грузией. И наши отношения с Грузией длятся уже много десятилетий.
Что касается практического сотрудничества с этими странами, то, во-первых, с Грузией, как я уже сказал, мы развивали его на протяжении многих лет, и это очень глубокие отношения, в частности, с Силами обороны Грузии, которые доблестно сражались бок о бок с солдатами НАТО в разных частях мира. Кое-где они и сейчас продолжают служить вместе с силами НАТО. Альянс высоко ценит это сотрудничество.
С Арменией и Азербайджаном уровень отношений был ниже. Но сейчас мы начинаем его наращивать и рассматриваем возможности более глубокого взаимодействия с обеими этими странами.
Вы упомянули обороноспособность. Обороноспособность очень важна для всех стран НАТО, а также для наших стран-партнеров. Поэтому важно понять, как они могут лучше обороняться, даже если мы не говорим о каком-то масштабном конфликте или нападении на эту страну.
Сегодня в мире существует множество угроз, будь то киберугрозы, угрозы энергетической инфраструктуре или дезинформация. И если мы будем работать вместе как союзники и партнеры, мы сможем укрепить нашу безопасность против этих угроз.
IAM: В Армении скоро выборы. Страна отходит от России и сближается с НАТО. Какие программы военной помощи Армении вы планируете, как для обычной обороны, так и для противодействия гибридным операциям?
Казале: У нас много возможностей для сотрудничества с Арменией. Однако сразу хочу подчеркнуть, что любое наше сотрудничество с любой страной-партнером должно соответствовать интересам НАТО, а также стремлениям и интересам страны-партнера.
Поэтому мы никогда не навязываем сотрудничество ни одному партнеру, и Армения поступает так же. Мы регулярно обсуждаем с армянскими официальными лицами возможные направления сотрудничества. На данный момент у нас налажено хорошее сотрудничество, например, в области образования в сфере обороны – у нас есть хорошо отлаженная программа сотрудничества с Министерством обороны Армении и вооруженными силами Армении в сфере образования, а также программа, направленная на борьбу с коррупцией и обеспечение прозрачности в оборонном секторе и сфере национальной безопасности. И в будущем мы можем развивать и другие направления подобной работы с Арменией.
IAM: Вы предполагаете какое-либо совместное сотрудничество между странами Кавказа, или мы еще не готовы к этому?
Казале: Я очень надеюсь, что мы сможем сделать больше в этом направлении. В последние годы у нас налажено сотрудничество как минимум между двумя странами Кавказа, работающими вместе в различных форматах. У нас есть различные проекты. Например, у нас есть проекты в рамках нашей программы «Наука во имя мира и безопасности», которая предусматривает совместное научно-исследовательское сотрудничество между странами-членами НАТО и партнерами альянса. И здесь мы можем наладить сотрудничество между различными партнерами. В конечном итоге, Кавказ географически — довольно небольшой регион. И если мы сможем найти способы сблизить страны для более тесного сотрудничества, это будет замечательно — Грузия, например, могла бы стать хорошей площадкой для этого в будущем.
IAM: Расскажите подробнее о наращивании оборонного потенциала в контексте российских информационных угроз — опять же, гибридных операций, в целом деструктивной деятельности, которая не является традиционной военной угрозой сама по себе, но все же тем не менее угрожает безопасности этих стран. Есть ли у вас конкретные программы в каждой из стран или, может быть, программа в масштабах всего региона? Как вы противодействуете этой конкретной угрозе со стороны России в отношении стран региона?
Казале: Хотя мы, безусловно, считаем Россию самой большой угрозой для НАТО — и для некоторых стран-партнеров это тоже так — мы не ставим перед собой цель целенаправленно развивать наши программы против какой-либо одной страны. Мы скорее сосредоточены на наращивании потенциала и повышении обороноспособности стран-партнеров, независимо от того, кто именно представляет угрозу. Мы видели, как другие страны, такие как Китай или Иран, например, используют ту же враждебную тактику, что и Россия, против стран-партнеров. Поэтому мы стараемся развивать эти возможности таким образом, чтобы страны могли использовать их для защиты от любой угрозы, независимо от того, откуда она исходит.
У нас есть ряд программ, разработанных в рамках НАТО, и мы также используем их с партнерами. Вы упомянули стратегические коммуникации, и здесь, например, мы много работаем с другими странами-партнерами, включая Молдову, а также с некоторыми партнерами на Ближнем Востоке, такими как Иордания. Мы изучаем, как эти страны могут укрепить свою защиту от дезинформации, ложной информации, поступающей как извне так и изнутри страны. Мы уже много этим занимаемся, и всегда можем сделать больше и в этом регионе.
IAM: Расскажите подробнее о Молдове, стране, которая также находится в сложной ситуации. Кажется, США уделяют Молдове больше внимания, – так же, как Армении и Азербайджану. Каковы в целом ожидания от отношений Молдовы и НАТО в будущем?
Казале: У нас очень прочные партнерские отношения с Молдовой, которые развивались на протяжении многих десятилетий. Сейчас мы активно сотрудничаем с Молдовой на практике, учитывая ее географическое положение между Украиной и Румынией, при этом часть ее территории также оккупирована Россией. Это классический пример того, как НАТО может помочь им развивать свои вооруженные силы и оборонный потенциал для повышения уровня своей безопасности. В последние годы мы много с ними сотрудничали.
Дезинформация — одна из тем, над которыми мы с ними работаем, но также, например, кибербезопасность, и в целом наращивание потенциала их вооруженных сил. Это включает в себя, например, работу по набору в вооруженные силы, чтобы они имели более современный кадровый состав в своей армии и могли лучше защищать свою страну.
IAM: С вашей точки зрения, считаете ли вы, что Молдова станет более активной в отношениях с НАТО? Поскольку это нейтральная страна, она не подавала заявку на членство. Видите ли вы какие-либо изменения, особенно после полномасштабного вторжения России в Украину в 2022 году?
Казале: Они объявили нейтралитет, и многие из наших партнеров, с которыми мы работаем, включая, например, Австрию и Швейцарию, также придерживаются нейтралитета. Таким образом, различные страны-партнеры могут объявить нейтралитет, но это не препятствует развитию сотрудничества с ними.
Возвращаясь к тому, что я говорил ранее, все, где мы сотрудничаем с Молдовой, происходит по просьбе Молдовы. Мы ничего не навязываем сами этой стране. В чем бы они ни хотели с нами сотрудничать, мы найдем способ это осуществить.
С 2022 года ситуация изменилась. Они почувствовали себя более уязвимыми. Они выявили слабые места, которые им необходимо устранить, чтобы лучше защитить свою страну. Именно поэтому они обратились к нам за помощью и поддержкой, и мы смогли их оказать.
IAM: Как российское вторжение в Украину повлияло на позицию НАТО в регионе с точки зрения обороноспособности, наращивания военного потенциала и помощи, которую НАТО оказывает своим партнерам?
Казале: До 2022 года у НАТО были прочные связи с целом рядом рядом стран. Но с точки зрения практического сотрудничества с большинством из этих стран оно находилось на довольно низком уровне. Однако после вторжения страны-члены НАТО начали осознавать важность такого партнерства в целом. Наши союзники признают важность работы по наращиванию оборонного потенциала, которую мы осуществили в Украине до полномасштабного вторжения, и те преимущества, которые это принесло Украине, и то, как элементы этой работы помогли Украине противостоять первоначальному российскому нападению.
Теперь большее значение придается работе, которую мы проводим с различными странами-партнерами. Это позволило нам активизировать работу с такими государствами, как Молдова или, например, Босния и Герцеговина, где есть определенная уязвимость и другие факторы риска. У нас гораздо больше возможностей для работы с этими странами, чтобы помочь им развивать свою оборону и национальную безопасность.
IAM: Насколько оптимистично вы оцениваете перспективы Кавказа — в частности, отношения между тремя кавказскими странами с НАТО — и всего Черноморского региона? Что, по вашему мнению, ждет нас в будущем?
Казале: Что касается самого Кавказского региона, я очень оптимистичен. То, что мы наблюдали в последние месяцы и в августе прошлого года, мирное соглашение между Арменией и Азербайджаном, придало импульс дальнейшему укреплению мирного процесса в регионе. Если мы сможем закрепить это, сделать это более конкретным, мы сможем добиться действительно тесного сотрудничества между странами региона.
Это принесет пользу НАТО, отдельным странам НАТО и безопасности Черного моря в целом. Поэтому я настроен оптимистично. В то же время, предстоит еще много работы, нужно решить множество проблем, но я думаю, что если мы будем усердно работать над этим, мы сможем добиться прогресса.
IAM: Вы упомянули, что партнерство НАТО с Грузией продолжается. Расскажите подробнее об истории этого партнерства, о том, как оно выглядит сейчас и как, по-вашему, оно будет развиваться дальше.
Казале: Это давнее партнерство, и я думаю, что все в НАТО признают вклад грузинских сил обороны в региональную безопасность, а также в безопасность евроатлантического региона в целом. Вклад грузинской армии, например, в Афганистане, помнят все страны НАТО, и я думаю, что Грузия может этим гордиться.
Мы поддерживаем эти отношения, в частности, с грузинскими силами обороны и с Министерством обороны, и у нас ведется большая работа по практическому сотрудничеству.
Очевидно, что политическая ситуация в стране стала сейчас гораздо сложнее. Страны НАТО выступили с четкой оценкой того направления, в котором Грузия сейчас развивается. Мы надеемся, что сможем сохранить, а затем восстановить отношения в том же русле, что и раньше. У Грузии и стран НАТО есть много потенциальных общих интересов. Мы хотели бы вернуться к развитию таких общих интересов.
